Путешествие по Лазурному побережью
Морские волны с силой бьют о гигантские валуны, заливая мелкими брызгами всю проезжую часть. Впереди дорога покрыта густой летающей пеной, взбитой этим небывалым штормом. Ее большие плотные сгустки разлетаются по всему берегу, и кажется, будто кто-то вылил в бушующее море гигантскую цистерну шампуня. Внезапно разбежавшаяся волна легко перепрыгивает через небольшой заборчик, ограждающий обрыв, и «с головой» окатывает мою машину.
Я бью по тормозам, резко сворачиваю на обочину и, еле открыв сопротивляющуюся от ветра дверь, выхожу из машины. Порывистый ветер сбивает с ног, сильный дождь вперемешку с брызгами волн нещадно хлещет по лицу. Всегда приветливое Средиземное море сегодня злится и негодует, отчаянно набрасываясь на прибрежные валуны, а Лазурный берег тонет в серой бушующей мгле. Такое зрелище невозможно пропустить.
Прогноз погоды неутешителен: завтра будет хуже, чем сегодня. Все побережье покрыто разлетевшимся мусором, окна прибрежных кафе разбиты ударами волн, и дорога от Ниццы до Сен-Тропе перекрыта полицией.
«Большие волны заливают дорогу! Я туда не поеду! Это опасно!» – бурно жестикулируя, кричит в телефон водитель джипа, припарковавшегося неподалеку. Он выбежал из машины, чтобы сфотографировать небывалый шторм и теперь тщетно пытается спрятать от дождя и брызг фотоаппарат, накрывая его распахнувшимися полами ветровки. Такая погода – экзотика даже для местных. Накрыв голову куртками, трое молодых людей стоят у самого края обрыва и снимают видео на мобильные телефоны. А внизу темно-серое море нервно качает на волнах большой красный мяч – напоминание о прерванном бархатном сезоне и разъехавшихся отпускниках.
Рано утром на следующий день я выезжаю из Ниццы в сторону Монако. Обочины дороги похожи на рисовые поля: они полностью залиты водой, из которой торчат частые былинки высокой травы. Иногда грустный пейзаж разбавляют одинокие пальмы, стоящие «по колено» в воде. При этом сама дорога уже почти сухая. Незаметный для человеческого глаза, но принципиальный для стока воды наклон дорожного полотна позволяет асфальту даже при сильном ливне не покрываться лужами и мгновенно высыхать.
Монако находится всего в двадцати километрах от Ниццы, но, кажется, что этот город-государство независим от Франции даже в вопросах климата. Чем ближе мы подъезжаем к нему, тем светлее становится небо, а море постепенно возвращает свою спокойную голубизну. Дорога то и дело сворачивает в горные тоннели. Когда выныриваешь из них, с обеих сторон открывается захватывающий вид. Справа – зеленая лесная долина, вплоть до самого моря. А слева – частые маленькие домики, разбросанные по склонам гор. Вдалеке видно, как к одному из них медленно ползет рейсовый автобус по невидимой нитке узенького серпантина.
Улицы Монако многолюдны и невероятно красивы. Как бесконечное ажурное полотно, тянутся изящные здания с лепниной и витиеватыми балконными решетками. Плитка на тротуарах выложена замысловатыми узорами, похожими на ковер. Но такое обилие мелких деталей и архитектурных нюансов совсем не вызывает ощущения избыточности. Наоборот, здесь, как в музее, хочется остановиться и неторопливо рассматривать все вокруг. В самом центре города, на улицах, прилегающих к княжескому дворцу, фонарные столбы украшены красно-белыми флагами и гербами этого государства. Даже кузов бетономешалки в одном из окрестных дворов раскрашен в красную и белую полоску.
Когда князь Монако Альбер II выезжает из дворца, для него на десять минут перекрывают несколько перекрестков, чтобы он мог проехать, не останавливаясь на красный свет. Вот и сейчас на парковку у стен княжеской резиденции выходят несколько гвардейцев в белоснежных пальто. Вежливо улыбаясь, они просят покинуть площадь и объясняют причину: уже скоро глава государства отправляется по своим делам, и в целях безопасности посторонних машин у ворот замка быть не должно.
Площадь у дворца князя Монако – одно из самых высоких мест в городе. С нее вся страна видна, как на ладони. У домов, которые стоят прямо на берегу моря, вместо дворов – небольшие заливы в виде буквы «П». В них по периметру припаркованы яхты – точь в точь, как автомобили возле наших многоэтажек. Почти у каждого дома на крыше есть вертолетная площадка. На вертолете можно за несколько минут добраться прямо до аэропорта Ниццы.
Бросив последний взгляд на залитый солнцем город и блестящее, гладкое море, я сажусь в автомобиль и уезжаю, чтобы успеть освободить площадь до появления княжеского кортежа. На этих узких петляющих улочках, идущих от дворца, проходит одно из самых престижных соревнований гонки «Формула-1» – Гран-при Монако. Но в обычные дни здесь особенно не погоняешь: все центральные дороги забиты припаркованными машинами и неповоротливыми автобусами. Но, может, это и к лучшему. Ведь где, как не в пробке, найдешь такую прекрасную возможность остановиться и посмотреть по сторонам.
Ну а дальше мой путь лежит в город Грас – сердце французской парфюмерной промышленности. С трассы я съезжаю на небольшое шоссе, а затем направляюсь все выше и выше в горы. На узких серпантинах Французских Альп ранним утром почти нет машин, но зато можно встретить бесчисленное количество людей на велосипедах, отчаянно взбирающихся вверх по горным дорогам. Объезжать их приходится крайне осторожно, и в моем автомобиле периодически срабатывает система обнаружения велосипедистов и пешеходов: мигающий световой луч рисует на лобовом стекле предупреждение о возможном столкновении.
Грас – родина самых знаменитых ароматов мира. Его улицы наполнены сладкими цветочными запахами: именно здесь находятся крупнейшие фабрики по производству французского парфюма, а на полях, расположенных неподалеку, выращивается основное сырье – цветы жасмина, лаванды и роз.
Тесные городские переулки сплошь заставлены припаркованными автомобилями, и здесь совсем непросто найти место для остановки. Немецкий писатель Патрик Зюскинд описал эти подворотни в своем знаменитом романе «Парфюмер», но сегодня солнечный и уютный Грас совсем не ассоциируется с теми мрачными образами.
Вдоволь попетляв по ароматным перекресткам этого города, я отправляюсь в Ниццу, к берегу Средиземного моря. Мой белоснежный кроссовер как нельзя лучше вписывается в местный антураж. Ярко-синее небо, темно-зеленые горы, море, блестящее вдалеке, – в окрестностях Ниццы каждый поворот кажется идеальной картинкой.
Но в самом городе нынешняя осень выглядит не столь живописно. То и дело на пути возникает очередная стройплощадка, а дорогу перекраивают защитные сетки или красно-белые блоки, ограничивающие проезд. Даже прекрасная шумоизоляция автомобиля не справляется с повсеместным грохотом отбойных молотков. Что делать – Ницца вовсю готовится к новому туристическому сезону.
Ровно в полдень город сотрясает громкий пушечный выстрел. Этой традиции уже почти 140 лет, и напоминает она отнюдь не о воинской доблести, а всего-навсего о приближении обеда. По легенде, в середине 19 века сэр Томас Конвентри-Мор, шотландский турист, отдыхавший на Лазурном берегу, залпом из пушки напоминал своей забывчивой жене, что пора идти на кухню и приступать к приготовлению дневной трапезы. Жители города сочли эту инициативу весьма остроумной, и в 1875 году правительство Ниццы сделало полуденный выстрел ежедневным городским ритуалом.
С Замковой горы, где находится эта пушка, открывается прекрасный вид на старую часть города и лазурный залив с поэтичным названием Бухта Ангелов. Вдоль него, плавно изгибаясь, тянется одна из самых красивых улиц Европы – Английская набережная. По ее нечетной стороне – лицом к морю – стоят изящные здания отелей, знаменитых казино и игорных домов.
По вечерам сюда приходят целые толпы туристов и азартных игроков, которые, надеясь на случай, проигрывают здесь солидные суммы. Тут, как и обычной жизни, всё зависит от личного выбора и удачи, которая может улыбнуться кому угодно. Один из игроков, молитвенно сложив ладони у плотно сомкнутых губ, явно сейчас обращается к ней за милостью. Но наверняка знает: она к каждому придет сама. Когда посчитает нужным.
Текст и фото: Юлия Земцова
