Европейские благородные олени в России являются носителями раритетного генофонда
Олени оказались в воронежских лесах не так давно и почти случайно. В конце девятнадцатого века в этих местах, в поселке Рамонь, построила свое имение племянница императора Александра Второго и правнучка первой жены Наполеона Бонапарта, принцесса Евгения Ольденбургская. Она распорядилась привезти сюда из Европы несколько особей благородного оленя для своего домашнего зверинца. Приказ был выполнен: породистые животные прибыли в Воронежскую губернию из Германии. Это были первые олени, которые появились на территории Черноземья.
Фото: Efrem Efre
Их поселили в парке близ дворца принцессы, чтобы хозяйка и ее именитые гости могли устраивать охотничьи марафоны, гоняя этих грациозных зверей. В 1898 году в «Отчете Воронежского имперского общества охоты» было даже опубликовано сообщение о том, что в парке-зверинце имения Ольденбургских проводилась охота на оленей.
Сколько именно особей было тогда привезено в Россию, и как шла их адаптация в чуждом климате, доподлинно неизвестно. А вскоре всем стало уже и вовсе не до оленей. В стране начались смутные времена, принцесса с семьей эмигрировала из России, парк был разгромлен, а олени разбрелись по Усманскому бору.
Ничто не способствовало тому, чтобы их популяция выжила в наших суровых условиях. Холодные снежные зимы и отсутствие достаточного количества корма зимой – вот главные природные враги благородных оленей в Центральной России. В те времена к этим факторам добавлялись еще голодающие местные жители, которые порой промышляли охотой на крупного зверя. Но людям удалось соблюсти баланс: большинство животных выжило, и уже в начале двадцатых годов прошлого века биологи занялись восстановлением их популяции. В местных архивах сохранилась справка, подтверждающая, что некий лесничий Спицын в 1923 году зафиксировал в воронежских лесах благородных оленей в количестве одиннадцати голов.
В 1927 году часть Усманского бора была объявлена заповедником государственного значения, и численность оленей постепенно начала увеличиваться. К концу 1940 года в Воронежском заповеднике поголовье этих животных уже составляло 180 особей, в 1955 году – 743 особи, а в 1973 году – более полутора тысяч. При этом всего в Усманском бору в середине семидесятых насчитывалось около трех тысяч благородных оленей.
На семидесятые годы пришелся пик роста оленьей популяции, но потом в дело вновь вмешалась политика. Новые исторические события, взбудоражившие страну, напрямую отразились на оленьей жизни. В восьмидесятые и девяностые годы, когда с продуктами у людей было совсем туго, браконьеры начали отстрел диких животных, и в этот раз оленям повезло намного меньше, чем в эпоху гражданской воны. О том, каков был реальный масштаб оленьих потерь в эти годы, наглядно свидетельствует тот факт, что даже сейчас, спустя двадцать-двадцать пять лет, общая численность европейских благородных оленей в Воронежской области не достигает и пятисот экземпляров.
Олень – очень пугливое и осторожное животное. У него отличный нюх, острое зрение и прекрасная память. Что бы ни предпринимал фотограф, чтобы запечатлеть его, это животное все равно обыграет человека. Можно «притвориться деревом», одевшись во все черное и замерев надолго, но олень все равно не подойдет. Он отлично помнит, где что находится в лесу, сразу замечает необычный объект, но не идет к нему, потому что, в отличие от ланей и косуль, он не любопытен. Приманить его чем-либо очень сложно. Но главное – олень очень хорошо чувствует запахи. Стоит ветру только подуть в его сторону, зверь моментально понимает, что поблизости человек, и сразу же исчезает в лесу. Фотографы-анималисты признаются, что олень – одно из самых сложных животных для фотографирования.
Детеныши благородного оленя практически не видны в траве. При малейшей опасности самка издает громкий вопль и пускается бежать, отвлекая на себя внимание хищников или человека, а олени-малыши тотчас поджимают ноги и ложатся на землю, полностью исчезая из виду. Природа распорядилась так, что в первое время жизни оленята вообще никак не пахнут, поэтому даже собаки или волки не могут унюхать их след.
Несколько лет назад биологи, занимающиеся изучением данного вида, решили провести исследование ДНК воронежских благородных оленей. Оказалось, что эти звери являются носителями раритетного, эталонного генофонда. На их родине, в Европе, особей такой чистой породы уже почти не сохранилось. Европейские фермеры на протяжении последних ста лет активно занимались приручением этих животных, а затем развивали оленеводство для получения питательного диетического мяса – оленины. В процессе работы они скрещивали разные виды, в том числе применяя искусственное осеменение, и от прежней породы в итоге осталось одно название. Европейские благородные олени превратились, по сути, в домашних животных.
В России все происходило с точностью до наоборот. Жизнь чужестранных зверей была когда-то брошена на самотек, но в итоге это помогло им сохранить свой генофонд в первозданном и неизмененном виде. Правда, адаптироваться к нашему климату воронежским оленям так до конца и не удалось. Без подкормки эти животные зимой часто гибнут, поэтому в местах их обитания лесники обязательно ставят кормушки с сеном и солью.
Никаких естественных врагов у европейского благородного оленя в Черноземье нет. Местные жители рассказывают, что когда-то в воронежские и липецкие леса забредали знаменитые тамбовские волки, но сейчас эти звери сами находятся на грани исчезновения, и потому оленям никто из животных больше не угрожает.
Главная опасность исходит только от человека. Благородный олень – это ценный охотничий трофей. На взрослых самцов можно охотиться с конца августа до января, а на самок и молодняк чуть позже – с начала октября по январь. Однако браконьеры продолжают нарушать установленные правила. Уже много лет ведутся разговоры о необходимости увеличивать численность оленьей популяции в регионе, поэтому есть шанс, что когда-нибудь отстрел оленей будет полностью запрещен.
Фото: Siegfried Poepperl
Текст: Юлия Земцова
Фото на обложке: vee terzy
